#ЛКСМ_РФ #комсомол #вКОММУНИЗМЕсмыслЕСТЬ

Ульяновцы не признают «Соборную». Видеоролик

В далёком 1944 году советский поэт и журналист, военный корреспондент Сергей Васильев написал стихотворение «Улица Ленина», о том, как жители одного из оккупированных советских городов боролись с переименованием элементов городской инфраструктуры. Авторы данного ролика заметили определённое сходство в методах современного противодействия вседозволенности ульяновских чиновников, решивших самочинно переименовать площадь Ленина в «Соборную».

Приводим текст стихотворения

Улица Ленина

Вломились четыре немецких полка

в украинский город советский,

И улицу Ленина, центр городка,

на хмурых людей посмотрев свысока,

Назвать приказали Немецкой.

 

— Так будет, — немецкий полковник сказал, —

при нашем германском режиме.

Нас фюрер в Россию за тем и послал,

чтоб новый порядок отныне здесь стал,

как в Праге, как в Вене, как в Риме.

 

Весь вечер пришлось подлецу малевать.

Но утром случилось такое:

проснулись фашисты — не могут понять:

«УЛИЦА ЛЕНИНА» было опять

начертано твердой рукою.

 

От злобы завыл комендант-оккупант.

На все нажимает педали.

Приказ за приказом — ловить партизан!

На улице Ленина пять горожан

без всяких улик расстреляли.

 

И снова в железной бадье развели

олифою белые краски,

и снова с кистями мерзавцы прошли.

И целую ночь напролёт патрули

ходили во тьме для острастки.

 

И вновь, как и прежде, рассвет наступал.

И сызнова суриком красным

«УЛИЦА ЛЕНИНА» кто-то писал,

как будто из камня огонь высекал,

размашистым почерком властным.

 

И так повторялася изо дня в день

история эта сначала.

Не знали фашисты иных перемен:

стирали бессмертную надпись со стен,

а надпись опять возникала.

 

Ни пытки, ни пули, ни ужас петли,

ни ярость угроз повсеместных

бесчинством своим устрашить не могли

испытанных ленинцев русской земли,

отважных людей неизвестных.

 

Не могут фашисты виновных найти!

Не могут ходить без оглядки.

Разгневанный Ленин встает на пути.

И вот начинает от страха трясти

коричневых псов лихорадка.

 

Тогда палачи, чтоб поправить дела,

чтоб больше во сне не бояться,

всю улицу Ленина выжгли до тла,

чтоб больше уже по ночам не могла

крамольная надпись являться.

 

Сожгли подлецы и пришли посмотреть.

Сгорели заборы и зданья.

Но только ничем невозможно стереть,

не может на улице гордой сгореть

её грозовое названье.

 

На стенах, облизанных жадным огнем,

на дымной, щербатой панели,

рождённые свежим, сухим кирпичом,

на каждой железке, над каждым углом

недавние надписи рдели.

 

«УЛИЦА ЛЕНИНА!» — рушась от мук

чёрные стены кричали.

И снова окатывал немцев испуг,

и снова враги озирались вокруг,

и снова от страха молчали.

 

А залпы с Востока росли и росли,

громами шумя грозовыми.

…Советские воины в город вошли,

и встретило воинов русской земли

вождя негасимое имя.